Дина Верни. Жизнь.
Feb. 17th, 2018 10:42 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
olindomwww.morethanonelife.com/1048108311001103-105010911082108910801085-1044108010851072-10421077108810851080.html
https://www.morethanonelife.com/1048108311001103-105010911082108910801085-1044108010851072-10421077108810851080.html
https://www.morethanonelife.com/1048108311001103-105010911082108910801085-1044108010851072-10421077108810851080.html
Илья Куксин: Дина Верни 2015
Жизнь и судьба Дины Верни — это сюжет самого интересного авантюрного романа. Но пока ещё не нашелся писатель, который бы взялся за это.
Дина Верни
Илья Куксин
Жизнь и судьба Дины Верни — это сюжет самого интересного авантюрного романа. Но пока ещё не нашелся писатель, который бы взялся за это.
Дина Верни
Илья Куксин
 | В центральном 7-м округе Парижа на улице Рю де Гренель (59-61) расположен музей Майоля. Он был основан в 1995 году Диной Верни — известной французской галеристской, искусствоведом и, самое главное, музой всемирно известного художннка и скульптора Аристида Майоля. И наш небольшой рассказ о Дине — знаковой фигуре не только французской, но и мировой культуры, начнём c биографии. Дина Верни |
Она родилась в музыкальной еврейской семье 25 января 1919 года в Кишеневе. Этот город был известен в мире своим ужасным еврейским погромом 1903 года. После распада Российской империи в 1918 году Румыния аннексировала часть Бессарабии вместе с Кишеневом. Её отец Яков Айбиндер был пианистом. В 1925 году семье удалось эмигрировать в Париж. Неплохой музыкант Яков быстро нашел работу и стал аккомпаниатором немого кино. Дина окончила шлолу поступила в университет. В 15 лет она выглядела старше своих однолеток, была прекрасно сложена, обладалала своеобразной красотой российской южанки.
Приятель отца Дины архитектор Дондель обратил внимание на девочку и рассказал о ней Майолю. Он пригласил Дину посетить его мастерскую. Как вспоминала впоследствии Дина, придя по указанному в приглашении адресу, она оказалась среди незнакомых людей и спросила — как найти Майоля. Ей предложили обратится к человеку с бородой. Таких было несколько и она подошла к одному из них и представилась. Но это был художник Ван Донген. Но тут на девушку обратил внимание сам Майоль, подозвал её к себе, провел по комнатам, где были выставлены его работы и предложил позировать ему. Дина стала его натурщицей. В ней он увидел своё представление о женщине, а точнее о вечной женственности. Кроме этого впоследствии она позировала Анри Матиссу, Пьеру Моннару, Раулю Дюфи. Этот первый визит ввел Дину в вечность. Пожалуй, в мире нет ни одного известного музея, где бы не было скульптурного, живописного или графического изображения Дины. Встреча Дины с Майолем стала встречей двух выдающихся личностей. Во время позирования они беседовали, узнавали друг друга. Дина не просто боготворила Майоля — называла его своим Пигмалионом.
Приятель отца Дины архитектор Дондель обратил внимание на девочку и рассказал о ней Майолю. Он пригласил Дину посетить его мастерскую. Как вспоминала впоследствии Дина, придя по указанному в приглашении адресу, она оказалась среди незнакомых людей и спросила — как найти Майоля. Ей предложили обратится к человеку с бородой. Таких было несколько и она подошла к одному из них и представилась. Но это был художник Ван Донген. Но тут на девушку обратил внимание сам Майоль, подозвал её к себе, провел по комнатам, где были выставлены его работы и предложил позировать ему. Дина стала его натурщицей. В ней он увидел своё представление о женщине, а точнее о вечной женственности. Кроме этого впоследствии она позировала Анри Матиссу, Пьеру Моннару, Раулю Дюфи. Этот первый визит ввел Дину в вечность. Пожалуй, в мире нет ни одного известного музея, где бы не было скульптурного, живописного или графического изображения Дины. Встреча Дины с Майолем стала встречей двух выдающихся личностей. Во время позирования они беседовали, узнавали друг друга. Дина не просто боготворила Майоля — называла его своим Пигмалионом.
Дина Верни и Аристид Майоль
Она быстро поняла, что он не только лепил с неё, но и творил свою Галатею как личность. Между ними возникло такое взаимное доверие, что Дина сама предложила Майолю позировать обнаженной. Вспоминая впоследствии она писала:
«Мне было не трудно. Всё естественное тогда молодёжью приветствовалось. Я состояла в студенческом движении натуристов. Но представляю, что о нас с Майолем тогда болтали, какие сплетни распускали. Нет, у нас не было никакой физической близости. Но близость духовная — несомненная. Мы нескончаемо любовались друг другом».
Однако, тесные контакты Майоля с его юной натурщицей совершенно не радовали его супругу Клотильду. Особенно с тех пор как Дина все свои каникулы стала проводить на летней резиденции скульптора в небольшом городке Бонюльсе недалеко от франко-испанской границы Разумеется, Дина не жила в его доме. Она снимала комнату в другом месте. Они часто гуляли вместе в окрестностях Бонюльса. И Клотида жаловалась знакомым, что даже когда Майоль рисовал природу, Дина должна была быть с ним.
«Мне было не трудно. Всё естественное тогда молодёжью приветствовалось. Я состояла в студенческом движении натуристов. Но представляю, что о нас с Майолем тогда болтали, какие сплетни распускали. Нет, у нас не было никакой физической близости. Но близость духовная — несомненная. Мы нескончаемо любовались друг другом».
Однако, тесные контакты Майоля с его юной натурщицей совершенно не радовали его супругу Клотильду. Особенно с тех пор как Дина все свои каникулы стала проводить на летней резиденции скульптора в небольшом городке Бонюльсе недалеко от франко-испанской границы Разумеется, Дина не жила в его доме. Она снимала комнату в другом месте. Они часто гуляли вместе в окрестностях Бонюльса. И Клотида жаловалась знакомым, что даже когда Майоль рисовал природу, Дина должна была быть с ним.
Современники Дины отмечают, что в юности она была фантастически красива, прекрасные длинные волосы закрывали её с головы до пят. Кроме того невероятная свобода и энергия, исходившая от неё, сумашедшая любовь к жизни и харизма, значительная доля внутренней смелости и авантюризма сделали её неординарной личностью. Это была весёлая энергичная женщина, сумевшая реализовать себя в гигантском поле европейской культуры. И если Пигмалион (Майоль) в определенной степени сделал таковой свою Галатею (Дину), то и она возвела его из известного художника во всемирно известного.
После окончания университета Дина была натурщицей известных художников, снималась в кино, пела в ресторанах. Cовременники Дины восхищались её бесстрашием и смелостью. Так во время прогулок со своим Пигмалионом в окрестностях Бонюльса он показал только ему известную тропу, названную впоследствии «тропой Майоля». Именно по ней Дина переправляла в осажденную фашистами Испанию сотни добровольцев со всего мира, готовых сражаться и умереть за свободу Испанской республики. Дина не любила говорить о своих политических взглядах. Но её тесная дружба с представителями левого лагеря такими, как высланный из СССР Виктор Серж, организатор IV Интернационала Давид Руссэ, Фред Зеллер и сын Троцкого Лев Седов, говорили, что она была близка к троцкизму.
В 30-х годах прошлого века в Париже было много русских ресторанов. Но большой популярностью пользовался ресторан на Монпарнасе, которым владел Доминик (питерский эмигрант Лев Адольфович Аронсон). Дина пела у него русские песни с такой удалью, что разношерстные его посетители стоя аплодировали юной певице с гривой чёрных, рассыпаным по плечам кудрей.
После окончания университета Дина была натурщицей известных художников, снималась в кино, пела в ресторанах. Cовременники Дины восхищались её бесстрашием и смелостью. Так во время прогулок со своим Пигмалионом в окрестностях Бонюльса он показал только ему известную тропу, названную впоследствии «тропой Майоля». Именно по ней Дина переправляла в осажденную фашистами Испанию сотни добровольцев со всего мира, готовых сражаться и умереть за свободу Испанской республики. Дина не любила говорить о своих политических взглядах. Но её тесная дружба с представителями левого лагеря такими, как высланный из СССР Виктор Серж, организатор IV Интернационала Давид Руссэ, Фред Зеллер и сын Троцкого Лев Седов, говорили, что она была близка к троцкизму.
В 30-х годах прошлого века в Париже было много русских ресторанов. Но большой популярностью пользовался ресторан на Монпарнасе, которым владел Доминик (питерский эмигрант Лев Адольфович Аронсон). Дина пела у него русские песни с такой удалью, что разношерстные его посетители стоя аплодировали юной певице с гривой чёрных, рассыпаным по плечам кудрей.
Первого сентября 1939 года началась Вторая мировая война, а менее чем через год Франция потерпела тяжелое военное поражение и часть страны была оккупирована немецкими войсками. Майоль с Диной уехали на юг в Бонюльс. Там Дина вступила в ряды французского сопротивления. По вышеупомянутой «тропе Майоля» Дина переводила беженцев-евреев и антифашистов из оккупированной Франции через испанскую границу. Сотрудничала с марсельской подпольной группой американского журналиста Вариана Фрая. Она спасла многих от верной смерти. Но не смогла спасти своего отца. В конце 1943 года Яков Айбиндер попал в нацистскую облаву. Был помещён в специальный лагерь Дранси, а оттуда увезён в Освенцим, где его сразу же умертвили в газовой камере. Об этом Дина узнала после войны, когда был опубликован список евреев, депортированных из Франции в Освенцим. Там значилось, что Яков Айбиндер был увезён из Парижа 7 декабря 1943 года и умерщвлён сразу по прибытию а лагерь 12 декабря.
Спасательская деятельность Дины привлекла внимание французской полиции, она была задержана и обвинена в контрабанде. Но просидела недолго. Майоль нашел опытного адвоката, который сумел доказать её невиновность.Гораздо страшнее стал второй арест, когда Дину в 1943 году арестовало гестапо. Здесь уже обвинения были серьёзнее. Её поместили в самую страшную тюрьму Френ. Она знала, что с теми, кого обвиняют в антифашисткой деятельности, разговор короткий — расстрел. А тут перед гестаповцами была еще и еврейка-коммунистка. Когда её вызвали на допрос и повели к машине Дина ждала выстрела в спину. Но вместо этого град вопросов и жестокое избиение. От побоев Дина захлебнулась кровью и её как мешок бросили в другую камеру. С трудом сокамерница привела её в чувство. Это была племянница организатора французского сопротивления генерала Де Голля. Шесть месяцев провела Дина в этом аду и снова её спас Майоль. Он обратился к своему ученику, главному скульптору нацистской Германии Арно Брекеру. Тот был любимцем фюрера и имел много знакомых среди нацистской элиты. К спасению Дины он привлёк самаго шефа гестапо Мюллера. Парижскиим гестаповцам об этой операции даже не сообщили. И Дина оказалась на свободе.
В 1944 году Майоль завещал всё своё бесценное художественное состояние Дине. В том же году он погиб в автомобилльной катастрофе. Майоль сумел за 10 лет их творческого сотрудничества привить Дине любовь к живописи и воспитать в ней безошибочный и тончайший художественный вкус. В 1947 году она открывает свою собственную галлерею. Практически это была первая галлерея, руководимая женщиной и не только во Франции, но и Европе. И было ей всего 28 лет. Традиционно арт-бизнесом занимались исключительно мужчины. И вот в их круг врывается бесстрашная, энергичная молодая женщина c исключительным художественным вкусом, напористой деловой хваткой и вскоре становится преуспевающей бизнес леди. Её соперникам остаётся только перемывание косточек и сочинение небылиц о личной жизни Дины. Она никогда не скрывала роли мужчин в своей жизни. Впервые Дина вышла замуж в 19 лет за выходца из России кинооператора Сашу Верникова.
Спасательская деятельность Дины привлекла внимание французской полиции, она была задержана и обвинена в контрабанде. Но просидела недолго. Майоль нашел опытного адвоката, который сумел доказать её невиновность.Гораздо страшнее стал второй арест, когда Дину в 1943 году арестовало гестапо. Здесь уже обвинения были серьёзнее. Её поместили в самую страшную тюрьму Френ. Она знала, что с теми, кого обвиняют в антифашисткой деятельности, разговор короткий — расстрел. А тут перед гестаповцами была еще и еврейка-коммунистка. Когда её вызвали на допрос и повели к машине Дина ждала выстрела в спину. Но вместо этого град вопросов и жестокое избиение. От побоев Дина захлебнулась кровью и её как мешок бросили в другую камеру. С трудом сокамерница привела её в чувство. Это была племянница организатора французского сопротивления генерала Де Голля. Шесть месяцев провела Дина в этом аду и снова её спас Майоль. Он обратился к своему ученику, главному скульптору нацистской Германии Арно Брекеру. Тот был любимцем фюрера и имел много знакомых среди нацистской элиты. К спасению Дины он привлёк самаго шефа гестапо Мюллера. Парижскиим гестаповцам об этой операции даже не сообщили. И Дина оказалась на свободе.
В 1944 году Майоль завещал всё своё бесценное художественное состояние Дине. В том же году он погиб в автомобилльной катастрофе. Майоль сумел за 10 лет их творческого сотрудничества привить Дине любовь к живописи и воспитать в ней безошибочный и тончайший художественный вкус. В 1947 году она открывает свою собственную галлерею. Практически это была первая галлерея, руководимая женщиной и не только во Франции, но и Европе. И было ей всего 28 лет. Традиционно арт-бизнесом занимались исключительно мужчины. И вот в их круг врывается бесстрашная, энергичная молодая женщина c исключительным художественным вкусом, напористой деловой хваткой и вскоре становится преуспевающей бизнес леди. Её соперникам остаётся только перемывание косточек и сочинение небылиц о личной жизни Дины. Она никогда не скрывала роли мужчин в своей жизни. Впервые Дина вышла замуж в 19 лет за выходца из России кинооператора Сашу Верникова.
Дина и Саша Верников
Снялась у него в двух фильмах. Через два года они разошлись и от первого мужа осталось только сокращенная фамилия. Вторично Дина вышла замуж за скульптора Лоркена и родила двух сыновей, а затем стала баронесой Дюпольд.
Дина Верни становится одной из богатейших женщин Франции. Недалеко от Парижа она покупает старинный замок, который становится её личным поместьем. В нём она устраивает свое новое увлечение — уникальный парк старинных каретных экипажей 17-19 веков. Она собирала их, реставрировала и среди них оказалась карета самого Франсуа де Шатобриана (знаменитого французского писателя и политического деятеля 18 века). Таких по полноте коллекций нет ни в одном музеев мира. А том же поместье Дина создала ферму по выращиванию знаменитых породистых лошадей, которые до сих пор занимают призовые места на международных состязаниях. И кареты, и лошади участвуют в съёмках исторических художественных фильмов на многих известных киностудиях мира.
Всю жизнь Дина собирала старинные куклы разных народов мира. Этой коллекции также не было равных. В 1964 году Дина совместно с министром культуры Франции Андре Мальро осуществили известный «проект Тюильри». Она передала во владение государству 20 авторских бронзовых скульптур Майоля, 18 из которых установлены на в парке напротив музея Лувр. Большинство этих скульптур в стиле «Ню» являются вечными памятниками музе Майоля Дине Верни.
Дина Верни становится одной из богатейших женщин Франции. Недалеко от Парижа она покупает старинный замок, который становится её личным поместьем. В нём она устраивает свое новое увлечение — уникальный парк старинных каретных экипажей 17-19 веков. Она собирала их, реставрировала и среди них оказалась карета самого Франсуа де Шатобриана (знаменитого французского писателя и политического деятеля 18 века). Таких по полноте коллекций нет ни в одном музеев мира. А том же поместье Дина создала ферму по выращиванию знаменитых породистых лошадей, которые до сих пор занимают призовые места на международных состязаниях. И кареты, и лошади участвуют в съёмках исторических художественных фильмов на многих известных киностудиях мира.
Всю жизнь Дина собирала старинные куклы разных народов мира. Этой коллекции также не было равных. В 1964 году Дина совместно с министром культуры Франции Андре Мальро осуществили известный «проект Тюильри». Она передала во владение государству 20 авторских бронзовых скульптур Майоля, 18 из которых установлены на в парке напротив музея Лувр. Большинство этих скульптур в стиле «Ню» являются вечными памятниками музе Майоля Дине Верни.
Аристид Майоль «Воздух» (1939)
Всю жизнь она мечтала создать музей своего Пигмалиона. С начала 70-х годов прошлого века мечта начала осуществляться. Ей понравился особняк 17 века в историческом центре Парижа. Дина вначале купила в нем несколько квартир, затем выкупила его полностью. Перестройка под музей потребовала больших денег. Пришлось расстаться со своей любимой кукольной коллекцией. В 1995 музей был торжественно открыт. И президент страны Миттеран, перезав красную ленту, сообщил, что его основательница удостоена высшей награды страны и становится Командором ордена Почетного легиона.
Дина Верни была широко известна и как меценат. Еще в 30-х годах, выступая в ресторанах с русскими песнями, она обратила внимание на своего коллегу гитариста Сержа Полякова. Под аккомпанимент его гитары Дина пела русские романсы и зажигающие публику цыганские песни.
В перерывах между концертными выступлениями он рисовал картинки в стиле авангардизма. Дина посоветовала ему заняться этим более серьёзно и предложила ему выставку на недавно созданной собственной галлерее. Поляков удастаивается премии Кандинского и вскоре становится первоклассным художником.
Особенно велика роль Дины в мировом признании российских художников, преследуемых советскими властями. Через несколько лет после смерти Сталина, когда железный занавес несколько приоткрылся, Дина решила посетить СССР. Она пыталась найти следы пропавших в войну родственников. Но поиски ничего не дали. Посетила она и Москву. После блистательного Парижа город показался ей серым, люди какими-то пришибленными и она не нашла ничего, что бы заинтересовало её. Особенно официальное советское искусство. Однако, на Запад стали проникать творения советских авангардистов. Дина снова едет в СССР. Её знакомят s лучшими художниками-нонконформистами — Ильей Кабаковым, Эрнстом Неизвестным, Оскаром Рабиным, Михаилом Шамякиным и рядом других. Она покупает их картины, устраивает выставки. Словом и делом со всей своей неиссякаемой энергией начинает продвигать советское неофициальное искусство на Запад.
Во время своих посещений Москвы, а затем и Ленинграда, Дина не брезговала посещать бараки, подвалы, чердаки, где как правило размещались мастерские неофициальных художников. Именно благодаря ей на Запад попали такие шедевры как «Паспорт» Рабина, «Дверь» Янкилевского и ряд других. Участвовала в знаменитых посиделках творческой интеллигенции на кухнях и квартирах. Знакомилась и беседовала с диссидентами.
Такая деятельность не могла не заинтересовать КГБ. За ней стали следить. Вскоре Дина начала здороваться с сопровождающми её агентами. Дважды её вежливо приглашали на доверительную беседу, но формальных причин для высылки из страны не находилось. Как она затем сумела переправлять на запад понравившиеся ей картины, так никто и не узнал. Позволим себе привести красочное воспоминание об одном из эпизодов поведения Дины в СССР:
«Москва, январь, железный мороз. Стоянка такси на Проспекте Мира. К долгожданной машине перед носом у заледеневшей очереди прорывается лихая парочка. Он в цигейковом «пирожке», она — в шубе нараспашку, на смуглой шее в ночи блестит золотой античный амулет. Парочка штурмует такси, мужчина вталкивает даму внутрь, с треском захлапывает дверцу. Такси исчезает в снежном вихре. «У-у-у, спекулянты чертовы!» — вопит очередь вслед. «Слава богу, отправил», — довольно произносит мужчина в «пирожке», и тут я вижу, что «спекулянт» — скульптор Эрнст Неизвестный. А тётка в шубе нараспашку — Дина Верни, которую Неизвестный наверняка принимал у себя мастерской, расположенной в двух шагах отсюда».
Во время своих приездов в СССР Дина встречалась не только с художниками. Она посещала семьи диссендентов. Её знакомили с реабилитированными жертвами Гулага. Помогала очень многим: привозила отсуствующие в стране лекарства, продукты, вещи.
Во время дружеских застолий Дина услышала блатные и авторские песни. Они произвели на неё громадное впечатление. Она собрала тексты многих песен, но вывести их из страны было невозможно. Очень тщательно проверяли Дину, когда она покидала страну. Тогда она выучила наизусть текст и запомнив ряд оригинальных мелодий, записала и выпустила пластинку на той же известной студии в Париже, где записывались Высоцкий и Окуджава. Затем выпустила свой единственный оригинальный альбом «Песни Гулага». Ещё до выхода альбома Дина стала исполнять песни, которые по её словам представляют:
«Очарование языка, юмор, тоску и их жестокая сила создают неповторимую поэзию, где грубость граничит с нежностью. Обычно их исполняют от лица заключённого сидящего далеко — далеко… Но его песня летит подобно ласточке, преодолевая огромные пространства».
Перед записью этих песен Дина уже в солидном возрасте (55 лет) стала брать уроки вокала и поэтому её записи до сих пор пользуются популярностью. Пластинка с её песнями, а затем и альбом в СССР были признаны антисоветскими произведениями и Дина на многие года стали персоной non grata для советских властей и ей не давали въездной визы.
Но ряд советских художников и интеллектуалов 70-80 годов прошлого столетия вспоминали, что Дина Верни вошла в их жизнь не как галерейщица и меценатка, а как певица, исполнительница блатного фольклора.
Дина Верни была широко известна и как меценат. Еще в 30-х годах, выступая в ресторанах с русскими песнями, она обратила внимание на своего коллегу гитариста Сержа Полякова. Под аккомпанимент его гитары Дина пела русские романсы и зажигающие публику цыганские песни.
В перерывах между концертными выступлениями он рисовал картинки в стиле авангардизма. Дина посоветовала ему заняться этим более серьёзно и предложила ему выставку на недавно созданной собственной галлерее. Поляков удастаивается премии Кандинского и вскоре становится первоклассным художником.
Особенно велика роль Дины в мировом признании российских художников, преследуемых советскими властями. Через несколько лет после смерти Сталина, когда железный занавес несколько приоткрылся, Дина решила посетить СССР. Она пыталась найти следы пропавших в войну родственников. Но поиски ничего не дали. Посетила она и Москву. После блистательного Парижа город показался ей серым, люди какими-то пришибленными и она не нашла ничего, что бы заинтересовало её. Особенно официальное советское искусство. Однако, на Запад стали проникать творения советских авангардистов. Дина снова едет в СССР. Её знакомят s лучшими художниками-нонконформистами — Ильей Кабаковым, Эрнстом Неизвестным, Оскаром Рабиным, Михаилом Шамякиным и рядом других. Она покупает их картины, устраивает выставки. Словом и делом со всей своей неиссякаемой энергией начинает продвигать советское неофициальное искусство на Запад.
Во время своих посещений Москвы, а затем и Ленинграда, Дина не брезговала посещать бараки, подвалы, чердаки, где как правило размещались мастерские неофициальных художников. Именно благодаря ей на Запад попали такие шедевры как «Паспорт» Рабина, «Дверь» Янкилевского и ряд других. Участвовала в знаменитых посиделках творческой интеллигенции на кухнях и квартирах. Знакомилась и беседовала с диссидентами.
Такая деятельность не могла не заинтересовать КГБ. За ней стали следить. Вскоре Дина начала здороваться с сопровождающми её агентами. Дважды её вежливо приглашали на доверительную беседу, но формальных причин для высылки из страны не находилось. Как она затем сумела переправлять на запад понравившиеся ей картины, так никто и не узнал. Позволим себе привести красочное воспоминание об одном из эпизодов поведения Дины в СССР:
«Москва, январь, железный мороз. Стоянка такси на Проспекте Мира. К долгожданной машине перед носом у заледеневшей очереди прорывается лихая парочка. Он в цигейковом «пирожке», она — в шубе нараспашку, на смуглой шее в ночи блестит золотой античный амулет. Парочка штурмует такси, мужчина вталкивает даму внутрь, с треском захлапывает дверцу. Такси исчезает в снежном вихре. «У-у-у, спекулянты чертовы!» — вопит очередь вслед. «Слава богу, отправил», — довольно произносит мужчина в «пирожке», и тут я вижу, что «спекулянт» — скульптор Эрнст Неизвестный. А тётка в шубе нараспашку — Дина Верни, которую Неизвестный наверняка принимал у себя мастерской, расположенной в двух шагах отсюда».
Во время своих приездов в СССР Дина встречалась не только с художниками. Она посещала семьи диссендентов. Её знакомили с реабилитированными жертвами Гулага. Помогала очень многим: привозила отсуствующие в стране лекарства, продукты, вещи.
Во время дружеских застолий Дина услышала блатные и авторские песни. Они произвели на неё громадное впечатление. Она собрала тексты многих песен, но вывести их из страны было невозможно. Очень тщательно проверяли Дину, когда она покидала страну. Тогда она выучила наизусть текст и запомнив ряд оригинальных мелодий, записала и выпустила пластинку на той же известной студии в Париже, где записывались Высоцкий и Окуджава. Затем выпустила свой единственный оригинальный альбом «Песни Гулага». Ещё до выхода альбома Дина стала исполнять песни, которые по её словам представляют:
«Очарование языка, юмор, тоску и их жестокая сила создают неповторимую поэзию, где грубость граничит с нежностью. Обычно их исполняют от лица заключённого сидящего далеко — далеко… Но его песня летит подобно ласточке, преодолевая огромные пространства».
Перед записью этих песен Дина уже в солидном возрасте (55 лет) стала брать уроки вокала и поэтому её записи до сих пор пользуются популярностью. Пластинка с её песнями, а затем и альбом в СССР были признаны антисоветскими произведениями и Дина на многие года стали персоной non grata для советских властей и ей не давали въездной визы.
Но ряд советских художников и интеллектуалов 70-80 годов прошлого столетия вспоминали, что Дина Верни вошла в их жизнь не как галерейщица и меценатка, а как певица, исполнительница блатного фольклора.
Давая интервью создателям фильма «Неистовая Дина Верни», известный художник Оскар Рабин вспоминал:
«Где надо, она была настоящая гранд-дама, а в другой раз смотришь — одесская торговка. И это мило было в её натуре, потому что она любила душу отвести со своими. И матом могла. И такой у неё голос — даже визгливый чуть. И поэтому вот эти песни, когда она пела с таким блатным одесским акцентом, у неё получались».
Как только повеяло ветром перестройки в бывшем СССР Дина со свойственой ей энергией стала устраивать выставки советских художников. Последняя художественная выставка, которую организовала Дина в музее Майоля носила название «К другнм берегам» (так назывался эскиз обложки литературно-публицистического журнала, созданного в 1923 году художницей Любовью Поповой). Это выставка по своему составу стала русской. Именно на ней впервые были показаны живопись и графика русских художников-авангардистов первой трети 20 века. А вскоре после её создания, за несколько дней до своего 90-летия 20 января 2009 года Дина Яковлевна Верни ушла из жизни. Похоронили её на скромном сельском кладбище недалеко от поместья. Кадиш прочитал приглашенный из Парижа раввин.
Жизнь и судьба Дины Верни — это сюжет самого интересного авантюрного романа. Но пока ещё не нашелся писатель, который бы взялся за это. Первой ласточкой в этом деле стал фильм Ольги Свибловой «Дина Верни. Биография». Эта 51-минутная документальная лента, созданная в 1995 году в Париже таким мастером как Свиблова и где главную роль играет сама Дина, производит неизгладимое впечатление. В 2011 году вышел фильм «Неистовая Дина Верни», созданный на известной студии «МIRIAM MEDIA». Он неоднократно повторялся на канале «Культура».
«Где надо, она была настоящая гранд-дама, а в другой раз смотришь — одесская торговка. И это мило было в её натуре, потому что она любила душу отвести со своими. И матом могла. И такой у неё голос — даже визгливый чуть. И поэтому вот эти песни, когда она пела с таким блатным одесским акцентом, у неё получались».
Как только повеяло ветром перестройки в бывшем СССР Дина со свойственой ей энергией стала устраивать выставки советских художников. Последняя художественная выставка, которую организовала Дина в музее Майоля носила название «К другнм берегам» (так назывался эскиз обложки литературно-публицистического журнала, созданного в 1923 году художницей Любовью Поповой). Это выставка по своему составу стала русской. Именно на ней впервые были показаны живопись и графика русских художников-авангардистов первой трети 20 века. А вскоре после её создания, за несколько дней до своего 90-летия 20 января 2009 года Дина Яковлевна Верни ушла из жизни. Похоронили её на скромном сельском кладбище недалеко от поместья. Кадиш прочитал приглашенный из Парижа раввин.
Жизнь и судьба Дины Верни — это сюжет самого интересного авантюрного романа. Но пока ещё не нашелся писатель, который бы взялся за это. Первой ласточкой в этом деле стал фильм Ольги Свибловой «Дина Верни. Биография». Эта 51-минутная документальная лента, созданная в 1995 году в Париже таким мастером как Свиблова и где главную роль играет сама Дина, производит неизгладимое впечатление. В 2011 году вышел фильм «Неистовая Дина Верни», созданный на известной студии «МIRIAM MEDIA». Он неоднократно повторялся на канале «Культура».
Дина Верни, 2008 г.
